Доктор, которая взорвала сеть: «Расизм в Израиле узаконен»

08.07.2019 17:30 3222
Доктор, которая взорвала сеть: «Расизм в Израиле узаконен» Фото № 0

Пост эфиопской общины в фейсбуке привел к взрыву: «Эфиопская молодежь в неблагополучных районах или маргинальных территориях подвергается расизму и предрассудкам».

Много было сказано в средствах массовой информации и социальных сетях о протесте эфиопских иммигрантов. Хадас Малада-Масри, врач из кибуца Кармим, пять лет служила в ВВС.

"Меня зовут Хадас. Мне 34 года. Я доктор. Выпускница медицинского факультета университета им. Бен-Гуриона. Журналистка. Я служила в ВВС врачом в течение пяти лет. Я была уволена в ранге капитана. Я по сей день я выполняю резервные обязанности на добровольной основе. Я общественный деятель."

Она живет в кибуце Крамим. Она замужем за Йонатаном, архитектором по профессии. Мать четырех замечательных детей: 8-летнего Тамар, 6-летнего Гилиля, 3-летней Ноге и 10-месячного Авигайля.

"Я иммигрировала в Израиль в возрасте 4 лет из Эфиопии через Судан. У моих детей есть эфиопский дедушка, который является узником Сиона. Он подвергся пыткам. Она рассказала о расизме, с которым она столкнулась в Израиле, начиная с 4 лет. Именно в этом возрасте она иммигрировала в Израиль.

«Я была девочкой, которая покинула свой дом в Эфиопии в возрасте трех лет. Я три месяца ходила по пустыне босиком, не жалуясь и не произнося ни слова… Я была ребенком, который прожил 10 месяцев в лагере беженцев в Судане и заболел серьезными заболеваниями, включая малярию и корь. Я приехала в Иерусалим. Сначала я длительное время провела в больнице Сорока, проходя реабилитацию. Моя мечта стать врачом осуществилась, я стала великим человеком. В районе, где я выросла, было много эфиопских иммигрантов. К сожалению, не многие из этого района чего-то достигли», - сказала она.

"В последние несколько дней после убийства полицейским Соломона Теки я чувствовала, что иду как лунатик, я чувствовала, что мне не хватает воздуха, чтобы дышать, у меня не было желания приступать к работе. Реакция в соцсетях казалась мне бессмысленной: я увидела вспышку гнева и разочарования, которые стихийно организовались и вышли на улицы. Мальчики кричали от крови, которая переполняла их сердца, матери кричали от муки, которую они испытали после потери ребенка.

Как остановить это безумие, как добиться реальных перемен, как объяснить израильскому обществу? Что я вижу каждый день на работе, в кибуце, на учебе и в других структурах? Что происходит с этим сообществом? Что приводит к такому взрыву ярости и ненависти, который в настоящее время наносит вред ни в чем не повинным гражданским лицам?

Я пришла на работу через два дня. Я хотела прийти домой, крепко обнять своих детей и сказать им, что их будущее будет другим. На работе все ходили вокруг меня, как будто ничего не случилось. Только я чувствовала, что во мне девятый вал, буря, которую никто не разделял. В кибуце моя рутина продолжилась".

"Я обычно не говорю о расизме. Мои родители всегда говорили, что предрассудки являются фоновым шумом и не должны рассматриваться. Нам нужно смотреть на мушку и не позволять чему-то другому беспокоить нас. Расизм является частью израильского общества, он имеет свою иерархию в правительстве. Не имеет значения, врач я или последний из мальчиков, которые сидят и пьют пиво в соседнем парке. Я, врач, офицер, живу в кибуце и состою в браке с богатым мужчиной неэфипского происхождения. Я являюсь символом успешной иммиграции и социальной интеграции. Я бросила школу, потому что они хотели, чтобы у меня было израильское имя. Но и в новой школе настояли, чтобы я изменила свое имя. Я сдалась. Я не могла менять школу без конца.

Когда я пыталась снять квартиру, арендодатели всегда были рады услышать по телефону, что у них будет студент-медик. Это серьезная, длительная учеба, долгосрочная аренда, отличная сделка, пока они меня не встречали».

"Но у тебя по телефону нет акцента", –говорили они.

Снять квартиру эфиопке было очень тяжело.

"Я поняла это. Я повернулась к своему белому партнеру и сказала: "Если ты хочешь, чтобы у нас была квартира, мы должны жить вместе. Удивительно, но вскоре мы нашли квартиру, которую хотели".

"Когда я пришла на военную службу в качестве врача, меня сразу определили в группу риска в соответствии с моим происхождением. Требовался визит сотрудника отдела социальных служб, чтобы выяснить, какова ситуация у меня дома и есть ли финансовые и другие трудности. Попытка объяснить абсурдность этого шага ни к чему не привела. Когда я прибыла в военную клинику, каждый пациент, который приходил ко мне, не мог скрыть выражение удивления на его лице. В то время было не так много эфиопских врачей. Но когда солдат подходил к медику и говорил, что я не пойду к этому вонючему эфиопскому доктору и жаловался полковнику, чтобы его осматривал белый врач, я больше не могла этого выносить. Слезы душили меня, и чувство оскорбления забивало мне горло.

В аэропорту Бен-Гуриона мой муж и дети легко проходили проверку. Меня же всегда задерживали. Меня допрашивали, как будто я была потенциальной террористкой. Когда я спросила, почему меня допрашивают, мне сказали, что этого требует процедура. Мои дети всегда не понимали и спрашивали: «Мама, чего они хотели от тебя, почему ты осталась там?» У меня нет ответов по сей день. Это самая большая ненависть.

"Большинство подростков, которых вы видите сегодня в новостях, которые бушуют, - это мальчики и девочки, у которых забрали мечту, когда они были еще детьми, и никто не обратил на это никакого внимания.

Я много раз слышала, как они говорят: «Итак, к чему же привели все алии?»

Я хочу верить, что в стране, которую я люблю, люди действительно хотят изменить мир.

Что Вы можете увидеть, помимо временного неудобства, вызванного справедливым протестом?

Можно понять глубокую проблему, которая существует в нашем обществе, и представить ее другим путем: это путь единства, терпимости, интеграции, принятия, равенства.

Чувство партнерства и взаимной ответственности

Когда в нее и ее маленьких детей однажды полетели камни, она чудом спаслась, потому что сумела позвонить в полицию. Но заключать сделку о насилии никто из полицейских не стал из-за цвета ее кожи. Такое никогда нельзя забыть.

Источник: /www.maariv.co.il/
Подписаться Поделиться Обсудить (6)
Комментарии (6)
  • Йонатан 10.07.2019, 01:15

    Все это правда, конечно.
    ***
    Перевод безобразный, переводчик плохо знает иврит (Авигайль - женское имя, а не мужское), и еще хуже знает русский - фразы корявые, употребление русских слов зачастую неправильное (я профессиональный переводчик с 30-летним стажем, знаю, о чем говорю). Но важно, что текст опубликован хотя бы в таком виде. Впрочем, большинству "русских" наплевать на страдания "эфиопов". Моя хата с краю.

  • эмма 09.07.2019, 03:26

    все то же самое могли бы сказать русскоязычные репатрианты это никакой не расизм!!!!!

  • Александр 08.07.2019, 14:35

    Обижается. что социальный работник проверяет, чего не хватает у нее дома. А у "других" никто ничего не смотрит и не помогает. Этот социальный работник смотрит, чем надо помочь...

  • ArtyMay 08.07.2019, 13:33

    "...временного неудобства, вызванного справедливым протестом.." - избитые люди, разорванные буквально руками перевернутые машины с пассажирами, поджоги, забрасывание камнями - это погром, а не временное неудобство. А уж о справедливости ограбления 13-летнего пацана и нападении на полицейского помолчала бы.

  • эрвин 08.07.2019, 11:11

    очень противоречиво, похоже на бред. Думаю, заказная журналистика. Готов встретиться с автором, я тоже врач.

  • михаил 08.07.2019, 09:35

    27 лет проработав в Израиле врачом, причем в нескольких больницах, ни разу не встречал врача -эфиопа. Ничего личного.

Имя *
Комментарий *